3ea8a19f     

Ремизов Алексей - Зайка



Алексей Михайлович Ремизов
Зайка
1
В некотором царстве, в некотором государстве, в высокой белой башенке на
самом на верху жила-была Зайка.
В башенке горели огни, и было в ней светло, и тепло, и уютно.
Лишь только солнце подымалось до купола и в саду Петушок-золотой гребешок
появлялся, приходил к Зайке старый кот Котофей Котофеич. Впрыгивал Котофей в
кроватку и бережно бархатной лапкой будил спящую Зайку.
Просыпались у Зайки синие глазки, заплетала Зайка свою светлую коску.
Котофей Котофеич пел песни. Так день начинался.
Зайка скакала, беленькая плясала. С ней скакала Лягушка-квакушка с отбитою
лапкой2, плясали две Белки-мохнатки. А гадкий Зародыш3 садился на корточки в
угол, хлопал в ладошки да звонил в серебряный колокольчик.
То-то веселье, то-то потеха!
И обедать готово, а Зайку за стол не усадишь.
Завязывал Котофей Котофеич Зайке салфетку, и принималась Зайка кушать
зайца жареного да козу паленую, а на загладку "пупки Кощея"4, такие сладкие,
такие вкусные, малиновые и янтарные, - весь ротик облипнет.
Тут Лягушка-квакушка себе мух ловила, а Белки-мохнатки орешки грызли.
Но вот заходило за домик Барабаньей Шкурки красное солнце, проходила мимо
башенки старуха Буроба, проносила Буроба огромный мешок за плечами.
Не дай бог повернет Буроба в башенку! Подымется Буроба наверх по лестнице,
возьмет Зайку в мешок, унесет с собою да и съест.
Которые дети спать не ложатся, Буроба в мешок собирает.
Котофей Котофеич уж охаживал кроватку, усатой мордочкой грел пуховую
Зайкину думку, сон нагонял.
Зайка зевать начинала, просилась в кроватку.
Выползал из ямки Червячок. Рос Червячок, распухал, надувался, превращался
в огромного страшного червя, потом опадал, становился маленьким и червячком
уползал к себе в ямку.
В окне показывался Кучерище5, подпирал Кучерище скулы кулаками, ел Зайкины
игрушки.
А Зайка расплетала свою светлую коску, скидывала с себя платьице и чулочки
да в кроватку бай-бай ложилась.
И подымался из-за угла гадкий Зародыш, залезал Зародыш в фонарик, дул в
огонек. И огонек становился огонечком с ноготок Зайкин.
Васютка, сынишка Кучерищев6, затягивал в трубе тонко песенку, - сонную
песенку.
Так вечер кончался, ночь начиналась.
Ночью нередко Зайка ловила рыбку.
И чихал же наутро старый кот Котофей Котофеич, не пел песен.
А бедная Зайка замирала от страха: по лестнице шлепала-топала старуха
Буроба с огромным мешком за плечами, пробиралась Буроба наверх к Зайке.
Которые дети по ночам ловят рыбку, Буроба в мешок собирает.
2
По праздникам, когда Петушок-золотой гребешок пел голосистей, а
Курочка-кудахточка несла золотое яичко и солнышко ярче и светлее светило в
башенку, вылезал из отдушника кум Котофея Котофеича - Чучело-чумичело.
Чучело-чумичело до самого обеда ходил на голове перед Зайкой, - все
животики надрывала себе Зайка от хохота, а после обеда Чучело усаживался на
шесток вместе с Котофеем Котофеичем, и у них разговор начинался.
Прислушивалась Зайка, но понять ничего не могла.
Чучело-чумичело все рассказывал о крысах, да о мышах, да о мышатах
маленьких. А Котофей Котофеич себе под нос мурлыкал.
Раз Котофей Котофеич говорит куму:
- Чучело-чумичело-гороховая-куличина, беда мне с Зайкой, да и только! Сам
видишь, обносилась вся, локотки продраны, чулочки все в дырках, а какие были
кружевца на штанишках, давно от них и помину нет, все обшаркались.
- Эх, кум, кум, - отвечал укоризненно Чучело, - чего ж ты загодя не
сказал: приходил вчера ко мне Волчий Хвост, предлагал Хвост кубышку



Назад